http://istorya.ru/forum/index.php?showtopic=4905
В большинстве судеб русских подвижников, да и не только русских, прослеживается общая печальная тенденция: отдав все силы воплощению какого-то дела, они остаются непонятыми современниками и уходят в нищете и забвении. А уже потом их дело, подхваченное чьими-то предприимчивыми руками, начинает процветать и приносить огромные прибыли. О первом русском печатнике Иване Федорове почти ничего неизвестно. Несколько городов спорят за право назваться его отчизной, подобно тому как семь греческих городов, ведут многовековой спор за право причислить к своим гражданам великого поэта Гомера .
Не только место, но и происхождение и год рождения Ивана Федорова находятся под вопросом. Одни исследователи приписывают его к белорусскому шляхетскому роду Рогоза, другие, основываясь на сходстве его типографского знака с дворянским гербом, к польским фамилиям Сренява и Дружина. Сам же первопечатник подписывался Иван сын Федоров Москвитин.
В большинстве судеб русских подвижников, да и не только русских, прослеживается общая печальная тенденция: отдав все силы воплощению какого-то дела, они остаются непонятыми современниками и уходят в нищете и забвении. А уже потом их дело, подхваченное чьими-то предприимчивыми руками, начинает процветать и приносить огромные прибыли. О первом русском печатнике Иване Федорове почти ничего неизвестно. Несколько городов спорят за право назваться его отчизной, подобно тому как семь греческих городов, ведут многовековой спор за право причислить к своим гражданам великого поэта Гомера .
Не только место, но и происхождение и год рождения Ивана Федорова находятся под вопросом. Одни исследователи приписывают его к белорусскому шляхетскому роду Рогоза, другие, основываясь на сходстве его типографского знака с дворянским гербом, к польским фамилиям Сренява и Дружина. Сам же первопечатник подписывался Иван сын Федоров Москвитин.
Почти все что известно об Иване Федорове, известно с его собственных слов. Тайна его происхождения потерялась во тьме веков, но род Друкаричей начало которому он положил, был известен во Львове до 1830 года. Возможно в молодости Иван Федоров учился в Краковском университете, но этот факт тоже находится под вопросом. Однако то, что Федоров был образованным человеком, знал греческий язык и латынь, хорошо владел немецким и польским, был знаком с граверным искусством, военным и оружейным делом сомнений не вызывает.
Известно, что книги на русском языке печатали еще до Ивана Федорова. Понимая всю важность книгопечатного дела для страны, Иван Грозный пытался наладить собственную типографию и первые семь книг были изданы в Москве анонимно, то есть без указания кто и где их сделал.
Устроив в Москве типографию Иван Федоров вместе со своим сподвижником Петром Мстиславцем издал две книги «Апостол» и «Часовник», после чего вследствии обвинения в ереси и последовавших за этим гонений был вынужден покинуть Москву и уехать в Великое Княжество Литовское.
Такой причину отъезда назвал сам печатник, в своем послесловии к львовскому изданию "Апостола". Но такое объяснение в свою очередь вызывает ряд вопросов. Почему обвиненному в ереси печатнику так легко позволили покинуть столицу? Почему разрешили забрать тираж книг, и спокойно вывести с собой оборудование типографии?
Действительно, в Москве в то время усиленно велась борьба с ересью, но, как известно, книги, изданные Федоровым в Москве, считаются идеальными: без типографского брака и опечаток, к тому же для изданий были взяты лучшие образцы русских рукописей, без малейшего отступления от традиционного текста.
Известно, что книги на русском языке печатали еще до Ивана Федорова. Понимая всю важность книгопечатного дела для страны, Иван Грозный пытался наладить собственную типографию и первые семь книг были изданы в Москве анонимно, то есть без указания кто и где их сделал.
Устроив в Москве типографию Иван Федоров вместе со своим сподвижником Петром Мстиславцем издал две книги «Апостол» и «Часовник», после чего вследствии обвинения в ереси и последовавших за этим гонений был вынужден покинуть Москву и уехать в Великое Княжество Литовское.
Такой причину отъезда назвал сам печатник, в своем послесловии к львовскому изданию "Апостола". Но такое объяснение в свою очередь вызывает ряд вопросов. Почему обвиненному в ереси печатнику так легко позволили покинуть столицу? Почему разрешили забрать тираж книг, и спокойно вывести с собой оборудование типографии?
Действительно, в Москве в то время усиленно велась борьба с ересью, но, как известно, книги, изданные Федоровым в Москве, считаются идеальными: без типографского брака и опечаток, к тому же для изданий были взяты лучшие образцы русских рукописей, без малейшего отступления от традиционного текста.
Известно, только, что к тому времени, покровитель печатника митрополит Макарий умер, типографию Федорова сожгли. Можно предположить что, это было делом рук не борцов с ересью, а конкурентов переписчиков, упорно не желавших удешевления и массового распространения книг.
Прибыв в Литовское княжество, и побывав в Вильно, где он заручился поддержкой короля Сигизмунда, Иван Федоров основал новую типографию в Заблудуве у гетмана Ходкевича, где напечатал «Учительное Евангелие» и«Пасалтырь», который считается лучшим его изданием. После того как гетман оказался в сложной ситуации Иван Федоров вынужден был перебраться во Львов, где издал еще две книги «Апостол» и «Азбуку». Естественно возникает следующий вопрос: зачем во Львове городе иноязычном нужны были русские книги? В то время и в Москве и во Львове было единое языковое пространство, и надо отметить тот факт, южнорусский диалект считался тогда эталоном. И даже через сто лет после описываемых событий царь Алексей Михайлович, вызвал в Москву из тех краев ученого монаха Симеона Полоцкого "дабы привести русскую грамматику в надлежащий вид".
Во Львове дела печатника пошли из рук вон плохо. Было ли тому виной неумение Ивана Федорова вести дела или постарались вездесущие иезуиты, которые к тому времени прочно укоренились во Львове, и которым, конечно не нужно было ни православие ни тем более, богослужебные книги на русском языке.
После разгрома типографии он покинул Львов, и предпринял поездку в Вену, где предложил купить Австрийскому императору Рудольфу многоствольную мортиру собственного изготовления. Император отказался, посчитав орудие слишком дорогим. С тем же предложением Федоров написал письмо саксонскому курфюрсту Августу, но нам не известно, получил ли он от него ответ. Иван Федоров побывал в Богемии, где хотел основать русские школы и типографию, но безуспешно. Из Богемии он отправился в Краков, где встретился с королем Стефаном Баторием. После чего вернулся во Львов теперь уже окончательно.
Трудно перечислить все места, где побывал Иван Федоров, но переезжая из страны в страну, он не бежал от лишений, не искал богатства, а шел, с великой миссией, смысл которой раскрывается в словах из написанного им послесловия к Львовскому изданию «Апостола»: «Я должен духовные семена по вселенной сеять и всем по порядку раздавать духовную эту пищу».
Прибыв в Литовское княжество, и побывав в Вильно, где он заручился поддержкой короля Сигизмунда, Иван Федоров основал новую типографию в Заблудуве у гетмана Ходкевича, где напечатал «Учительное Евангелие» и«Пасалтырь», который считается лучшим его изданием. После того как гетман оказался в сложной ситуации Иван Федоров вынужден был перебраться во Львов, где издал еще две книги «Апостол» и «Азбуку». Естественно возникает следующий вопрос: зачем во Львове городе иноязычном нужны были русские книги? В то время и в Москве и во Львове было единое языковое пространство, и надо отметить тот факт, южнорусский диалект считался тогда эталоном. И даже через сто лет после описываемых событий царь Алексей Михайлович, вызвал в Москву из тех краев ученого монаха Симеона Полоцкого "дабы привести русскую грамматику в надлежащий вид".
Во Львове дела печатника пошли из рук вон плохо. Было ли тому виной неумение Ивана Федорова вести дела или постарались вездесущие иезуиты, которые к тому времени прочно укоренились во Львове, и которым, конечно не нужно было ни православие ни тем более, богослужебные книги на русском языке.
После разгрома типографии он покинул Львов, и предпринял поездку в Вену, где предложил купить Австрийскому императору Рудольфу многоствольную мортиру собственного изготовления. Император отказался, посчитав орудие слишком дорогим. С тем же предложением Федоров написал письмо саксонскому курфюрсту Августу, но нам не известно, получил ли он от него ответ. Иван Федоров побывал в Богемии, где хотел основать русские школы и типографию, но безуспешно. Из Богемии он отправился в Краков, где встретился с королем Стефаном Баторием. После чего вернулся во Львов теперь уже окончательно.
Трудно перечислить все места, где побывал Иван Федоров, но переезжая из страны в страну, он не бежал от лишений, не искал богатства, а шел, с великой миссией, смысл которой раскрывается в словах из написанного им послесловия к Львовскому изданию «Апостола»: «Я должен духовные семена по вселенной сеять и всем по порядку раздавать духовную эту пищу».
Комментариев нет:
Отправить комментарий